Сериал Детка (Detka) (2011) 1 сезон смотреть в Full HD без подписки онлайн

Юля всегда жила по своим законам. Ей было шестнадцать, и весь мир вокруг казался ей слишком правильным, слишком скучным и слишком взрослым. Правила других людей она считала необязательными. Если ей не хотелось вставать по будильнику - она не вставала. Если не хотелось убирать за собой - она не убирала. А если кто-то пытался её заставить, получал в ответ холодный взгляд и короткое: «Отстань».

Её отец, Саша, когда-то был довольно известным рок-музыкантом. В девяностые его песни гремели на кассетах и в маленьких клубах. Теперь ему за пятьдесят, волосы поредели, а гитара пылится в углу комнаты. Он до сих пор носит старые кожаные куртки и верит, что настоящий рок когда-нибудь вернётся. Юля смотрит на него и видит только неудачника, который застрял в прошлом веке.

Они часто спорят. Очень громко. Саша считает, что дочь живёт в каком-то выдуманном мире молодёжных течений и модных слов. Юля же уверена, что отец просто не хочет понимать новое поколение. Её друзья называют себя арэнби, небинарными, квирными - она с гордостью говорит об этом дома. Саша морщится, пытается объяснить, что раньше таких слов не было, и люди как-то обходились. Юля закатывает глаза и уходит в свою комнату, хлопнув дверью.

Жить с ней стало почти невозможно. Она могла три дня не выходить из комнаты, а потом внезапно исчезнуть на сутки. Могла прийти в три часа ночи и включить музыку так, что дрожали стёкла. Могла забыть поесть, зато потратить последние деньги на краску для волос ярко-розового цвета. Саша уже не знал, как с ней справляться. Поэтому он принял решение, которого боялся больше всего: устроить дочь в обычную школу. С расписанием, учителями и обязательной формой.

Первый день в школе прошёл предсказуемо плохо. Юля пришла в чёрной толстовке с рваными рукавами, хотя форма предполагала что-то совсем другое. Учительница литературы сделала ей замечание. Юля ответила, что ей плевать на их форму, потому что она не собирается быть такой, как все. К концу недели её уже знали все завучи, а классный руководитель звонила Саше почти каждый день.

Но при этом Юля не была злой. Она просто не понимала, зачем притворяться кем-то другим. Ей казалось, что взрослые врут себе всю жизнь: ходят на нелюбимую работу, улыбаются тем, кого ненавидят, молчат, когда хочется кричать. Она не хотела так. И эта честность, пусть и очень резкая, иногда трогала даже её отца.

Саша по вечерам сидел на кухне и смотрел на пустую тарелку дочери. Он понимал, что не может её переделать. Не может заставить уважать правила, которых она не признаёт. Но он всё равно продолжал пытаться. Готовил ей завтраки, хотя она их почти никогда не ела. Покупал новые кроссовки, хотя старые она специально порвала. Приносил домой книги, которые когда-то читал сам в её возрасте. Иногда она их даже листала.

Однажды ночью Саша услышал, как Юля тихо плачет в своей комнате. Он постучал, вошёл и сел на край кровати. Она не прогнала его. Просто лежала, уткнувшись лицом в подушку. Он не стал задавать вопросы и не стал читать нотации. Просто посидел рядом. А потом сказал, что тоже когда-то ненавидел всех вокруг и думал, что мир неправильно устроен. Юля впервые за долгое время посмотрела на него без злости.

Они не стали вдруг лучшими друзьями. Споры никуда не делись. Юля по-прежнему считала отца застрявшим в прошлом, а Саша по-прежнему не понимал половину того, о чём она говорит. Но между ними появилось что-то новое. Маленькое, хрупкое, но настоящее. Они начали хотя бы иногда слушать друг друга. Не соглашаться, но хотя бы слышать.

Юля всё так же ходила в школу в чём хотела. Всё так же спорила с учителями. Всё так же красила волосы в немыслимые цвета. Но теперь иногда она оставляла отцу на столе записку: «Я поем позже, не парься». А он иногда включал старую пластинку и спрашивал: «Послушаешь со мной одну песню? Только одну». И она садилась рядом. Не потому что ей вдруг понравился его рок. А потому что он наконец перестал её переделывать.

Так они и жили дальше. Два совершенно разных человека под одной крышей. Со своими правдами, своими ошибками и своей странной, неидеальной, но всё-таки семьёй.