В конце тридцатых годов, когда тени войны уже накрывали Европу, в Лондоне произошла встреча, которой не было в реальности, но которая могла бы изменить многое. Два человека, совершенно разные по возрасту, убеждениям и судьбе, сели за один стол и начали говорить о самом главном - о Боге.
Зигмунд Фрейд, старый, больной, изгнанный из родной Вены, приехал в Англию, чтобы спастись от нацистов. Ему оставалось совсем немного времени. Рак горла медленно отнимал голос и силы. Но разум оставался острым, как всегда. Фрейд всю жизнь считал религию иллюзией, защитой от страха смерти, детской фантазией, которую человечество давно должно перерасти. Он написал об этом целые книги.
Напротив него сидел Клайв Стейплз Льюис - ещё не знаменитый на весь мир автор «Хроник Нарнии», но уже известный в узких кругах писатель и преподаватель Оксфорда. Льюис когда-то был убеждённым атеистом, но несколько лет назад пережил глубокое обращение и стал христианином. Для него вера была не просто утешением, а самой реальной истиной, которая объясняет смысл жизни и боль мира.
Они встретились в тихой лондонской квартире. Фрейд, с сигарой в руке и усталым взглядом, предложил Льюису честный спор. Без злобы, без желания перекричать друг друга. Просто два умных человека, которые по-разному смотрят на одну и ту же загадку.
Фрейд говорил, что религия рождается из страха. Человек боится одиночества, смерти, хаоса - и придумывает себе всемогущего отца на небесах. Бог - это проекция наших детских желаний, говорил он. Мы хотим, чтобы кто-то сильный нас защитил, простил, полюбил без условий. Поэтому и придумали Бога.
Льюис возражал спокойно, но твёрдо. Он говорил, что сама тоска по чему-то большему, сама потребность в смысле - это не случайность. Если в душе есть жажда, значит, где-то есть и вода. Если мы тоскуем по справедливости, по вечной любви, по чему-то совершенному - значит, это не выдумка, а отголосок настоящей реальности. Бог не наше изобретение. Скорее мы - Его.
Разговор длился несколько часов. Они говорили о страданиях, о войне, которая уже стучалась в дверь, о том, почему в мире столько зла, если Бог есть. Фрейд спрашивал: если Бог добрый и всемогущий, почему Он допускает Освенцим, который уже маячил на горизонте? Льюис отвечал, что свобода воли - страшный, но необходимый дар. Без неё человек был бы марионеткой. А зло - это не доказательство отсутствия Бога, а доказательство того, что мы действительно свободны.
Они так и не убедили друг друга. Каждый остался при своём. Но в этой встрече было что-то большее, чем просто спор. Было глубокое уважение. Два человека, которые смотрели на одну и ту же бездну, но видели в ней разные вещи.
Фрейд вскоре умер - в 1939 году, не дожив до начала войны. Льюис прожил ещё больше двадцати лет, написал десятки книг и стал одним из самых известных христианских мыслителей XX века. Но та осенняя встреча в Лондоне осталась в памяти как момент, когда столкнулись два мира: мир разума и мир веры.
И всё-таки в этом споре не было победителя. Потому что некоторые вопросы не решаются окончательно. Они просто живут в нас, пока мы живём. И заставляют думать, искать, сомневаться и верить - каждый по-своему.
Читать далее...
Всего отзывов
9